wine project

Как петербуржца Евгения Стржалковского покорили виноградники Пьемонта

Путешественник, инвестор, кинопродюсер и один из главных в России популяризаторов исторического фехтования нашел в холмах Монферрато то, что искал в Гренландии и Патагонии, — новое призвание и дом. А точнее – великий винодельческий дом «на паузе», дождавшийся своего возрождения.
Дорога к вину
.
Гренландия, Патагония, Новая Зеландия — список мест, куда Евгений Стржалковский ходил в экспедициях, включая морские, читается как оглавление приключенческого романа. В жизни он всегда сочетал бизнес с амбициозными увлечениями: занимаясь исторической реконструкцией, в начале 2000-х основал рыцарский клуб «Берн», из среды которого вырос новый вид спорта.
Первый чемпионат мира по средневековому историческому бою «Битва наций» собрал в 2010 году четыре сборные, а к 2019-му — представителей более сорока государств.

В 2025 году на «Кинопоиске» вышел сериал «Этерна» с его продюсированием и соавторством – эпичное историческое фэнтези по роману Веры Камши, ставшее одним из первых крупных кинопроектов в этом жанре в России.

Но самый масштабный проект Стржалковского – тоже во многом по воссозданию прошлого – ждал его на севере Италии. Он касался еще одной сферы его интересов – виноделия и винной культуры, которые из побочных интересов заняли центральное место в жизни.
Земля как обязательство
Винная биография Стржалковского начиналась предсказуемо: Бургундия, Бордо, Калифорния. Когда у него появилась возможность приобрести в Пьемонте историческое поместье Scarpa, это было инвестиционным проектом – а в итоге стало делом жизни. Здесь совпало все: история, гастрономия, ландшафт и особая философия работы с землей, которая удивительно резонировала с его семейной историей.
Род Стржалковских герба Пулкозиц восходит к польской шляхте XV века: его представители поколениями служили администраторами, казначеями, военачальниками и выборными судьями. Распоряжение землей было для них не привилегией, а общественной службой. Предки, по его рассказу, заведовали винными погребами краковского епископа. Родовой принцип он формулирует кратко: землю не берут, чтобы извлекать из нее выгоду, — ее держат, улучшают и передают дальше в лучшем состоянии, чем получили.
При этом состояние земель Scarpa, оказавшихся в распоряжении Стржалковского, можно было назвать неоднозначным.
Евгений Стржалковский
Пьемонт в правильный момент

К середине 2010-х регион подошел в состоянии дизбаланса спроса и предложения в свою пользу. Топовые вина практически не расширяемой зоны Бароло – не более 2000 гектаров – стали предметом охоты коллекционеров, и в целом его уверенно называют винным регионом №1 в Италии.
Доля Пьемонта в торгах Liv-ex выросла с величины заметно меньше процента в 2010 году до 3,5% в 2022–2023-м, причем около двух третей этого объема — Бароло; по отдельным винам Liv-exфиксировала рост цен на 200–400%, а Wine Lister — 160% за шесть лет против 120% у Бургундии и 20% у Бордо. Земля отреагировала соответственно: гектар в зоне Бароло DOCG в 2025 году стоил до 2,3 млн евро — самая дорогая сельхозземля Италии.
Вектор выглядит устойчивым: в марте 2026-го недельная доля Пьемонта в мировой торговле достигла 6,2%, впервые обойдя Тоскану, а по итогам первого полугодия индекс Italy 100 стал лучшим субиндексом Liv-ex, +1,9%, опередив Бургундию, Шампань и Бордо.
Параллельно набирал обороты другой, менее заметный, но не менее значимый процесс: мир распробовал пьемонтские автохтоны. Barbera d'Asti Superiore прибавила в 2024 году более 200 тысяч бутылок при стабильных 16 млн у базовой Piemonte DOC Barbera — в росте не столько объем, сколько премиальный сегмент. Тиморассо, белый сорт, от которого к 1980-м годам оставалось меньше трех гектаров и который возродил Вальтер Масса, теперь разросся до минимум 400 гектар и стал одним из самых трендовых в регионе.
А где была Scarpa?
Это историческое хозяйство также началось с амбиций, переросших в любовь и глубокую привязанность. Антонио Скарпа, родившийся в 1879 году на венецианском острове Бурано, приехал в Ниццу-Монферрато торговать вином — и остался: удержали его земля с нераскрытым потенциалом и Эрнестина Оттавия Деантонио, ставшая его женой. Дом он основал в 1900-м, и общая их мечта была одновременно скромной и дерзкой: сделать лучшую барберу, на какую способна эта почва, — из сорта, который тогда никто не считал благородным.

К 1930-м Scarpa уже числилась среди самых известных виноделен Пьемонта, а в 1940 году здесь разлили первый винтаж Бароло — задолго до того, как границы аппелласьонов были жестко закреплены. Отсюда почти уникальная привилегия: право указывать «Бароло» на этикетке за пределами Ланге, зафиксированное как исключение в дисциплинарии.
В 1949 году бездетный Антонио продал дом Марио Пеше, учившемуся в Бургундии и Эльзасе: низкие урожаи, раздельные винификации, большие бочки, долгая выдержка в бутылке. Пеше и Джакомо Болонья из Braida первыми, с 1970-х, сделали барберу «важным» вином — только шли разными путями: Пеше традиционным, Болонья модернистским. Из этих параллельных усилий вышли LaBogliona и Bricco dell'Uccellone. Благодаря племяннику Пеше Карло Кастино в 1969-м был приобретен виноградник Podere Bricchi — 25 гектаров единым массивом между Кастель-Роккеро и Акви-Терме. Именно там Кастино – уже главный винодел хозяйства — создал премиальную La Bogliona с рекордной выдержкой и таким же долголетием.

И на этом импульс закончился. За свою историю дом сменил несколько владельческих семей, Кастино вышел на пенсию в 2007-м, а винодельня, сохранив стиль, репутацию и погреба, потеряла масштаб. Производство измерялось десятком тысяч бутылок в год. Стржалковскому достался великий дом «на паузе», а задача оказалась двойной: вернуть значение и одновременно открыть будущее.
Винодельня Scarpa Пьемонт
Реставрация в действии

Здесь сработала та же логика, что в реконструкции: понять, как это было устроено, — и заставить работать. Обновленная команда восстановила исторические погреба начала XX века, где хранится коллекция винтажей начиная с середины столетия. Был возвращен в производство вермут по рецептуре 1940-х — сегодня это один из эталонов Vermouth di Torino DOC. Сохранили редкие автохтоны, которые в промышленной логике вымирают первыми: рушé, фрейзу, бракетто, пелавергу из Вердуно.
Потребовались и новшества. Стржалковский настоял, что хозяйству необходим свой белый сорт кроме традиционного муската – для сухого вина. Выбор пал на тиморассо, и выращивать его решили не в Дертоне, на исторической родине, а на родине Scarpa в Монферрато. Сегодня Monferrato Bianco — это тиморассо, адаптированное к терруару Асти: 5 600 бутылок, девять месяцев в стали и 24 в бутылке. Вторым белым стало шардоне — сорт неместный, но в Пьемонте показывающий прекрасные результаты. Пока он производится у Scarpa в микромасштабах для частных клиентов и гостей винодельни.

Новые времена и управление показали необходимость и в новых участках. С 2018 года к 25 гектарам Podere Bricchi добавились Monvigliero в Вердуно (2 га), Roncaglie на границе с Ла-Морра (1,2 га) и Canova в Нейве (2 га): чуть больше пяти гектаров. Scarpa делает теперь Бароло и Барбареско из собственного винограда, а не только по праву исторического исключения.
Особой инициативой стало создание на виноградниках Монвильеро отельного проекта – Scarpa Villas, где философия хозяйства воплотилась в lifestyle-формате. Четыре виллы посреди холмов Ланге с незабываемыми видами, каминами, всепогодным бассейном, охотой на трюфели, прогулками на велосипедах и всем, что необходимо для полноценного замедления и возвращения к себе.
Много историй, одна земля

В 1960–70-е Марио Пеше первым в Ницце начал привозить на винодельню журналистов и импортеров — его гости приезжали из Скандинавии, Японии и США, а гала-ужины с авторскими меню стали легендой. Спустя полвека география и репутация не уступают прошлому: вина Scarpa пьют в России и Норвегии, Франции и США, Китае и Японии и десятках других стран. Они получают по пять гроздей Bibenda и выигрывают на международных чемпионатах: совсем недавно Scarpa Vermouth di Torino Rosso был удостоен серебряной медали World Vermouth Awards 2026 в категории Best Semi-Sweet.
Так две истории — дома и человека — перестали быть параллельными, а все идеи и устремления Стржалковского сошлись: путешественник нашел место остановки; исследователь – архив, который можно читать бесконечно; инвестор — стратегический актив, приносящий далеко не только финансовые дивиденды. А на винодельне Scarpa по-прежнему живет Карло Кастино, оставшийся в доме над историческими погребами, — тот самый, что засаживал La Bogliona в семидесятые. Пока он там, преемственность не фигура речи.
Обучаем, просвещаем, пишем о важном!
«Мы развлекаем, просвещая» — главный принцип нашего культурного проекта, в который входят курсы и мастер-классы сомелье, а также винная литература и публикации в онлайн-журнале Wine Project Journal.
Волкова Мария
  • Руководитель школы сомелье Wine Project, дипломированный специалист института Бордо (Bordeaux International Wine Institute), степень — Master of Science (MSc). Окончила курс под руководством Филиппины Ротшильд (Шато Мутон-Ротшильд Гран Крю Классе).
  • Автор профессиональных книг для будущих сомелье и винных любителей: «Курс сомелье по винам Франции и Италии», «Винный гид по основным винодельческим регионам Старого и Нового Света».
  • Автор любительской серии книг «Мужчины и вино», переизданной издательством АСТ под названиями «Девушка в вине», «Танинность желаний», «Послевкусие любви».
  • Ежегодный участник ТОП-100 вин России, постоянный информационный партнер мероприятия.
20000+
слушателей посетили нашу школу сомелье